Spartacus: War of the damned

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Spartacus: War of the damned » Архив эпизодов » Overkill


Overkill

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Название: Overkill
Место: Синуэсса
Время: спустя четыре дня после захвата города
Участники: Агрон, Сакса
Сюжет: "ах, ну да, мы же теперь берем пленных"

0

2

Стены домов, раскрашенные кровью римлян, мертвая тишина на окраинах по утру и дым от сжигаемых тел. Такого Синуэсса еще не видывала. Не видывал и Агрон, уже отошедший от ража первой настолько крупной победы над римским игом.
Они еще находили тела, чаще покончивших с собой в своих постелях римлян, еще было несчетное количество необследованных домов. Агрону было не привыкать ходить по лужам крови и вдыхать смрад разлагающихся тел, о том, что кто-то эту кровь и эти тела постепенно убирает с улиц и домов, он знал только от Назира. Самому и ни к чему бы было, не его дело. Обходы, чистка - да к Плутону это все.
Проходя же по улицам, плечом к плечу с Саксой, проветриваясь после всех празднований, он пытался попробовать ощутить себя одним из властителей этого города. Выходило, правда, плоховато - слишком непривычное чувство. И непостоянное, потому что вряд ли римляне дадут им спокойно перезимовать в стенах города.
У стены одного из домов валялось тело одного из горожан. Вспоротое брюхо и рукоять кинжала, Агрон поморщился и сплюнул.
— Поганые римляне, только и могут, что сами себя лишать жизни в страхе напороться на меч в руках своего раба.
Еще с детства в его голову была заложена одна мысль - если умирать, то в схватке, желательно захватив с собой в подземный мир как можно больше врагов. Эта же "римская гордость" со своими ножами в глотках вызывала одно лишь презрение. Мерзкие крысы, даже умереть как мужчины не могут.
Он почти брезгливо перешагнул тело.
— И таких живых у нас в плену еще...
Не закончил - и так понятно.
Рабов держали и в их с Саксой землях, за Рейном. Разве что, держали наравне с собой, не относясь как к животным на убой. На деле, если бы плененных римлян отправили на полезные повстанцам работы, Агрон бы и слова не сказал, не ощутил бы возмущения. Пусть так, несмотря на то, что хороший римлянин - мертвый римлянин. Но держать их просто так, в плену?.. Он никак не мог понять. Оправдывать самому себе приходилось только тем, что у Спартака в голове наверняка есть какие-то недоступные им планы. Это ведь только для него все должно быть просто.
Впереди, в начале улицы, на мгновение замерла чья-то фигура. Спустя доли секунды фигура сорвалась с места, заворачивая за угол.
— За ним! - тут же скомандовал Агрон, срываясь с места.
Никто из своих или освобожденных не стал бы так сбегать, завидев их.

+2

3

"Синуэсса...си-ну-эсса" повторяла себе в голове германка. Не то, что бы она думала об этом городе, как о королевстве повстанцев, в котором они будут жить и править, но все таки хотелось безошибочно знать название города, ставшего для них временным пристанищем. В сегодняшнем дне Сакса чувствовала себя безопасно среди луж крови и толстых римских кишок, разбросанных по всему городу, но это только потому, что причиной кровавому беспорядку служили они сами, но кто может пообещать, что завтра сюда не явятся римские легионы и не разобьют мятежников как дряной скот? От этой мысли по телу воительницы пробежались тысячи микромолний и она инстинктивно отступила от стен, придерживаясь Агрона. Во-первых потому, что Сакса чувствует себя увереннее, когда бой происходит в открытой "кочевой местности" , а во-вторых спиной к спине, все таки надежнее, не надо переживать справиться ли твой союзник без тебя, конечно высокомерие Саксы по поводу боевых навыков германцев не знает границ, но девушка все таки заботится о своих. Отдаляясь от своих размышлений, Сакса время от времени поглядывала на Агрона и незаметно улыбалась. Это выражение в последние дни она замечала на лицах всех мужчин, особенно чемпионов. На их лицах господа боролись с рабами и оба уступали воинам. Конечно, когда за пару дней в твоих руках останавливаются тысячи сердец, начинаешь невольно приписывать себе силу бога. Вот только Сакса в богов не верила, ни в духов ни в плотское их воплощение, коим многие уже считали Спартака. " Не удивлюсь, если он оставит идею с массовым убийством римлян и станет вести господский образ жизни. Не зря же мы отлавливаем этих перепуганных насмерть животных, которые еще недавно мнили себя почетными гражданами Рима. Кто-то же должен готовить жрать, убирать блевоту после празднования каждой победы и натирать господину яйца до солнечного блеска." 
Во время этой прогулки за живыми мертвецами (ибо по другому выживших назвать было нельзя, они были бледны как смерть и перемещались по городу словно призраки) Сакса с Агроном нередко натыкались на самоубийц. И если для девушки они были такими же декорациями как прочие, то Агрон явно растрачивал на них свое презрение. При виде римлянина с распоротым брюхом Сакса хмыкнула и ответила:
- Какая разница, как сдохла кобыла, если ты на ней все равно уже никуда не доедешь.
В любом случаи вид дохлых римлян ей симпатизировал больше, чем вид живых. Ибо количество пленников увеличивалось чуть-ли не с каждым днем, а новых указаний от Спартака на этот счет не поступало. Но Сакса на этот счет не заморачивалась вовсе, мужчины разберутся, это они играют в великих политиков, мудрецов и стратегов, она же относила себя к воинам-исполнителям. Это влекло за собой меньше всего ответственности. По крайне мере, исполняя приказы и ни о чем не задумываясь, Сакса могла спать спокойно в отличии от того же Спартака. Но казалось, Агрона рабы беспокоили больше.
Сакса увидела беженца в тот же момент, когда Агрон дал команду к преследованию. Она тут же рванула с места, чуть-ли не на перегонки с напарником.
- Он мой! - выкрикнула Сакса, словно принимая эстафету и вырвалась на два шага вперед. Затем последовал бросок. Она прыгнула, пытаясь повалить жертву на землю. Практичнее было бы, как говорится "прижать к стенке", но какие могут быть расчеты, когда перед тобой живая цель? А рассчитать надо бы. Ибо римлянин, знающий город по видимому хорошо, ловко слетел со ступенек, с которых Сакса по своей неосторожности скотилась кубырем. Девушка смачно выругалась и все таки успела дотянутся и воспрепятствовать побегу чужака. Остается только надеяться, что Агрон молча подхватит ее прокол.

+2

4

Римлянин, точно римлянин, знающий все закоулки своего как района, так и города. А сколько еще таких пряталось? Сколько могло нанести свой подлый удар, так скрываясь?
Сорвавшись с места в момент, Агрон чуть притормозил, не стремясь обгонять Саксу. Она наметила его своей жертвой, проблеск азарта в глазах германец успел отметить на интуитивном.
Долго раздумывать - прерогатива военных вождей. А он, хоть и был в среде приближенных к "самому" Спартаку, все же оставался первым делом воином, живущим на реакциях.
Девушку обогнать пришлось, просто чтобы римлянин не успел затеряться в переулках. Агрон нагнал его в два счета, мужчине не хватило проворства, дабы скрыться от бывшего гладиатора. Он перехватил его за ткань тоги, у горла, дергая на себя и тут же прикладывая о ближайшую стену. Следом развернул к себе, впечатывая спиной в ту же стену, что встретила твердый римский лоб.
В глазах римлянина сверкнула ненависть.
— Давай, убей меня, грязное отребье! - выплюнул тот.
Агро мог выломать пару костей и за меньшее оскорбление. Он широко ухмыльнулся и, глянув на подтянувшуюся Саксу, спросил:
— Ну что, прикончим выблядка или отправим к ему подобным?
Попрятались в стенах их города, словно крысы и смеют еще показывать зубы? Будто в крови этого римлянина играла не римская кровь.
При необходимости Агрону и не нужен был бы меч, чтобы расправиться с этим горожанином. И его мало волновало то, что погибнет тот несколько позже своих пытавшихся ранее огрызаться и сражаться с повстанцами соплеменников. Одним трупом больше, одним меньше, тут уже никто и не заметит.

+2

5

Сакса тут же вскочила на ноги, не церемонясь с собственным телом, которое привыкло терпеть гораздо большую боль, чем ту, которую она испытала от падения. Ну неужели этому свиному рылу действительно был толк продолжать свой побег, после того, как он был замечен. Пара бессмысленных телодвижений никак не повлияют на длительность его жалкой жизни. "От Агрона со щитом и мечем довольно трудно улизнуть, куда тебе то" - возмущалась в мыслях девушка, какбудто все на свете должны знать о их боевых навыках.
Уже не торопясь, Сакса подтянулась к Агрону, прищучившему римлянина всего в паре шагов от нее. Тот что-то выпалил на своем вонючем языке, Сакса обратила внимание не на значение слов, а на ужасное звучание общего языка из уст порабощенного. У бывших рабов Батиата общий язык звучит терпимее. Неужели германка успела заразится всеобщей предвзятостью к здешним обитателям?
Не трудясь заглянуть в лицо римлянину, Сакса кивнула Агрону, согласовывая решение.
- Я бы охотно его прикончила, но раз уж он сам об этом просит, сделаем наоборот. Бросим его к остальным крысам, когда придет зима, не нужно будет тратится на продукты. Пусть сильный жрет слабого и посмотрим, кем он будет среди своих.Что скажешь?

+2

6

Агрон окинул римлянина более внимательным взглядом. Замызганное сейчас одеяние еще несколько дней назад было дорогим и ярким. Из знатных, должно быть, из тех, что в этих землях звались всадниками, вряд ли выше. Впрочем, Агрон не разбирался. Помнил просто, что если одежды яркие, то на арене этот человек сидел бы не на общей трибуне.
Но руки меча не держали, а мышцы не знали нагрузок.
Теперь римлянин представлял собой жалкое зрелище. Жалким он явно был и раньше, раз в военное время остался в стенах города, а не отправился самолично защищать свою страну.
— Вы забрали жизни моей жены и детей, забирайте теперь и мою! - бросил римлянин. — Но как были грязными тупыми рабами, так рабами и подохнете!
Мужчина плевался ядом, но был бледен, словно известка, что покрывала стену, к которой он был прижат, и колени его заметно тряслись.
— Слишком много болтаешь, римская шлюха, - поморщился германец и коротким ударом съездил мужчине по скуле.
Пришибить эту тварь на месте, что отрубить голову псу - бессмысленное и выходящее за рамки человечности занятие. Они-то как раз не римляне. Но и милосердием к врагу нельзя было отличаться.
Агрон ударил его еще раз, тогда, когда мужчина снова открыл было рот, чтобы что-то проблеять.
— Смерть для тебя - незаслуженная награда, - бросил он.
Мало доблести в убийстве безоружного животного.
— Он мог прятать еще кого-то, - сказал Агрон, отступая на шаг назад от человека. — Допросить его и бросить к остальным, пусть подохнет так, как и полагается трусливой мрази.
Мрази, предпочитающей скрываться, а не облачаться в доспехи и браться за оружие.
— Он твой, - подтвердил Агрон то, что Сакса обозначила еще перед началом незатянувшейся погони.

+1

7

Сакса не разделяла жертв по чинам, в Синуэссе это уже не имело никакого значения, ведь после того, как повстанцы взяли город все его жители сравнялись перед их мечами. Единственное разделение, которое она проводила, это определение уровня опасности. Большинство пленников, которых они держали за Рейном были совершенно беспомощны и послушались со страхом в глазах. Их новенький к таковым не принадлежал.  Сакса смерила его жестким взглядом. Вот только что он орал Агрону о убитых жене и детях, но сам при этом скрывается и пытается выжить, если бы так хотел сдохнуть, то полез бы на рожон, а не пустился в бега, завидев их. От этой мысли Сакса ликовала. Значит в пыточном допросе все таки есть смысл.
- Да что б тебя! - Выпалил римлянин в сторону Агрона. - Мало мне унижений, так еще и погибну от рук мерзкой гладиаторской суки.
Сакса молча вытащила из-за пояса кинжал и резко метнула его в римское отродье, приблизительно в область ключицы. С артерии ключом забила кровь, но рана была вполне безопасной. Римлянин завопил от боли.
- Ну и кто теперь орет как сука? - Сакса звонко рассмеялась. - И сколько еще здесь такой падали? Сколько вас,а?
- Гори в аду!
Германка подошла к нему вплотную и заехала в самый центр римского размножения, это был не просто удар, она вдавила коленом его яйца в стену и не собиралась отпускать, пока не получит яичницу. Сакса вытащила кинжал из раны раба и приставила к его горлу. До этого момента он уже вопил не переставая, а глаза помутнели от ужаса. Было такое чувство, что он вовсе отсутствует и это взбесило Саксу.
- Ну же, говори! - заорала она, теряя терпение. С уст римлянина посыпалась масса ругательств. Сакса уже собиралась нанести следующий удар, как откуда-то сзади, в стороне, по которой они с Агоном гнались за пленником, послышались женские рыдания. Сакса кивнула Агрону в сторону дома с довольной улыбкой и пнула римлянина, что-бы тот шел впереди.

+1

8

Мелкие шавки, коими все эти надутые римские знатные и являлись, только и умели, что звонко гавкать из-под забора. Нет бы выставить перед собой руку, защищаясь от удара, нет бы рискнуть забрать с собой в подземный мир новых угнетателей.
Аж противно.
Он сложил руки на груди, наблюдая. Хмыкнул только когда Сакса начала повышать голос. Терпения у них в крови отродясь не было, быстрее прикончат, не рассчитав силы удара, чем вызнают что-то полезное.
На звук рыданий Агрон обернулся. Не только у них, видимо заканчивалось терпение. В окне одного из домов промелькнуло чье-то лицо. Могло бы и показаться, да только не в совокупности с лишь сильней задрожавшим римлянином.
— Ха, да они тут свили целое тараканье гнездышко, - бросил он уже переступая порог.
Действительно в доме обнаружилась целая компания. Взгляд первым делом зацепился за лежавшего в самом углу мужчину. Лоб покрывала испарина, рука прижата к животу. Болен или ранен, вот они и не двигаются с места, рискуя попасться захватчикам.
Помимо него в помещении обнаружилась женщина, со слезами на глазах, прижимающая к себе ребенка лет шести. И рядом с ними паренек в одной сублигарии, со сдавливающим шею ошейником.
— Доминус! - вскинулся парнишка, когда в помещение втолкнули того, первого римлянина.
Такого Агрон ожидал меньше всего. Он наблюдал уже преданность по отношению к поработителям, вспомнить хотя бы тот день, когда он впервые увидел Назира, но на самом деле не думал, что со своими хозяевами кто-то останется, когда город пал.
— Мой брат и так умирает, - сказал тот первый римлянин, зажимая ладонью рану. — Пощадите хотя бы ребенка.
Плечи его уже опустились, защищать больше некого, раз укрытие обнаружено.
— Боги, теперь они будут давить на жалость, - закатил глаза Агрон.
И не успел он добавить еще что-то, как в руке мальчишки раба блеснула сталь кинжала и тот бросился на германца с решимостью, явно недоступной римским собакам.

+1

9

Ничего кардинально-нового в римском кубле найдено не было. Люди прятались, пытались выжить. Сакса поймала себя на мысли, что уже не отличает настоящей войны от той, которую они устроили в Синуэссе. Повстанцы жили войной, настоящей с ненавистью, местью и битвами и конечно же находили неестественными такие вот пассивные попытки сохранить жизнь. Затолкнув пленника в перед, Сакса вошла в убежище и увидев кучу людей, отворила дверь по шире, как бы без слов говоря "на выход". Скрестив руки на груди, девушка повнимательнее рассмотрела присутствующих. Германка пересчитала присутствующих - пятеро, не считая Агрона. Его невозможно было бы причислить к рабам даже по ошибке. По осторонь от остальных какой-то человек лежал неподвижно, только лишь испуская вздохи. Судя по всему ранен и мало способен на жизнедеятельность. "Этого мы оставим, в лучшем случаи убьем, проявив сострадание" подумала Сакса оценивая ситуацию. Значит - четверо. А точнее три с приложением. Сакса постоянно впадала в замешательство, сталкиваясь с детьми, так как раньше с ними дел не имела. Хоть бы не ревел во всю свою писклявую детскую глотку. Хотя сейчас, похоже, это был удел его мамаши.
- Придется переселить этих клопов к остальным. - Хмыкнула германка.
Услышав слова Агрона о жалости, Сакса уже собиралась оборвать пустую болтовню и скомандовать "на выход". Но случилось неожиданное, мальчишка, судя по всему раб, сделал выпад в сторону Агрона.
- Берегись! - инстинктивно выкрикнула девушка, как будто он сам не видел приближающейся опасности. Она бросилась вперед, плечом отталкивая того мужчину, которого они захватили первого - хозяина этих несчастных. Сакса успела нанести удар мальчишке под колено, что заставило его упасть, но не отступить от намеченной цели. Он замахнулся ножом по воздуху, подымаясь на ноги.

+1

10

Агрон перехватил руку снова замахнувшегося на него мальчишки, выкрутил запястье, заставляя разжать пальцы и выпустить кинжал. Затем второй рукой хватанул его за волосы и с силой приложил о ближайшую стену головой. И еще раз, для верности.
Женщина закричала от страха. Поздно, женщина, уже поздно.
Агрон мягкостью Спартака не отличался. Если на него нападали, он, не задумываясь, убивал, а не давал шанс "исправиться". Инстинкт в первую очередь, сторонние мысли совсем на потом.
Тело мальчишки обмякло, кровь из расколотого черепа разукрасила и эту стену. Пусть он был самоотвержен, но на момент оказался врагом.
— Кто-то хочет повторить подвиг? - спросил он, окидывая тяжелым взглядом римлян. — Я так и думал.
Один, способный по-настоящему рваться в бой, и тот с ошейником на шее. Каким только образом такой народ смог захватить столько земель? Точно не грубой силой. Количеством или этой их хваленой хитростью. Но с ними сейчас Спартак, а у него в голове дерзких планов всяко не меньше, чем у римских полководцев. В этом Агрон убеждался снова и снова, в это он успел поверить.
На тело мальчишки с разбитой головой он взглянул уже с сожалением. Таких им сейчас и не хватает. С блеском в глазах и дикой отвагой. О том, что на его месте когда-то вполне мог оказаться Назир, Агрон старался не думать. Только совестью мучаться, переступая порог комнаты, в которой им еще только предстояло обживаться.
Он наклонился к телу и сорвал с шеи ошейник, отбросил его в сторону.
— Первый, кто дернется в сторону, догонит мальчишку, - предупредил он, кивком головы указывая на выход. — Вам, гребаным крысам, положено подыхать, нажравшись собственного дерьма.
На умирающего в углу римлянина он больше внимания не обращал.

+1

11

Первым делом, пока Агрон свершал свою расправу, Сакса поспешила позаботиться о еще одном, более менее дееспособном римлянине. Она тут же вернулась к их доминусу и впечатала его лицом в стену, ограничивая возможность любых движений. Взглянув на расколотый череп мальчишки, германка недовольно поморщилась, вот ведь! Возможно единственный достойный жизни, но уже мертвый. От этого ей стало еще противнее смотреть на тройку пленных - беспомощных, жалких да еще и связанных между собой рабовладельческими узами. Гадость! Стоило девушке предаться размышлениям и копнуть глубже, как она сразу же ломала себе голову о две дилемы.  Ей было трудно понять зачем рабам убивать рабов, но еще дальше за границы ее понимания ускользал тот факт, что рабы, вместо того что бы присоединится к повстанцам, принимают роль жертвы и практически добровольно бросаются в лапы смерти. На этой части размышлений глаза ее блеснули диким пламенем. К счастью для нее это не имеет никакого значения, в вопросах человеческих отношений ее интересовали лишь безопасность и благополучие своих, а своих она знала четко, поименно. За них стоит рвать глотки даже добродетелям и плевать на справедливость!
- Пора. - Обратилась она к Агрону, оглядываясь через плече. - Проводи "даму". - Прошептала Сакса с таким сарказмом, что это слово сразу стало гаже любых ругательств. Сама же схватила римлянина под руку и приставила к горлу кинжал, для верности. И все таки выход из этого, так же помеченного кровью дома, принес облегчение.

+1


Вы здесь » Spartacus: War of the damned » Архив эпизодов » Overkill


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC